|
|
§ 7. Физика единства противоположных миров 1
Предлагается новая физическая парадигма, которую я называю физикой единства миров. Нынешняя физика возникает здесь как некий частный, малоинтересный случай. В новых же экспериментальных ситуациях получаем разнообразные новые эффекты, открывающие замечательные перспективы в науке, технике и во всех сферах культуры.
Мыслители всех времен высоко ценили великий древний принцип единства противоположностей. И физики, изучая явления нашего мира, охотно допускают существование антимиров, однако антимиры считаются обычно зеркальным отражением нашего мира.
С другой стороны, во всех сферах культуры мы встречаем представления о высших мирах. Их заселяют высшими эмоциями и ангелами, считается, что эти миры непосредственно связаны с Богом. И именно в этих мирах следует ожидать торжество принципа единства противоположностей.
Физики в своих опытах ангелов и Бога не видят, но с противоположностями сталкиваются. Это, например, два знака времени в уравнениях Максвелла, два знака времени в уравнениях механики.
Я, руководствуясь подсказками свыше, решил, по образцу религии, достроить нынешнюю физику неким накрытием, которое я называю небесной физикой. В эту небесную физику я перенес все, что казалось мне высшим в нынешней науке и культуре.
Эти два типа частиц (и волн) я разместил по двум запаздывающим мирам и то же сделал для двух опережающих миров.
Так возникли четыре исходных мира.
А где же единство миров, т.е. как связаны эти миры?
Тут я, исходя из идеала человека, свободно блуждающего по противоположным мировоззрениям, предположил, что частицы могут переходить из одного мира в другой – с некоей, пока неизвестной вероятностью.
Ясно, что эти переходы снова породят парадоксы двух знаков времени. Более того, вся конструкция оказывается неустойчивой.
Я потребовал устойчивости этой системы четырех миров.
И здесь обнаружилось самое замечательное: существует единственное значение вероятности переходов электронов из мира в мир, обеспечивающее устойчивость системы четырех миров.
Для этой вероятности переходов петли во времени (которые могут вести к парадоксам) никуда не деваются, и, более того, они оказываются лежащими в основе всех физических законов. Но их нельзя использовать для передачи сигналов.
Динамика исходных безмассовых электронов рассчитывается, но обнаруживается, что в нынешних опытах мы наблюдаем не ее, а некие ее отдаленные следствия. Эти следствия включают, в частности:
появление массы на наблюдаемом уровне,
тяготение,
квантовую механику,
разнообразные новые эффекты.
Все это еще не означает, что классическая электродинамика лежит в основе физики, но это важное приближение к ответу.
Это, во-первых, единство противоположностей в максимально глобальных масштабах. Не противоположности внутри нашего мира (он весь состоит из оппозиций), а полностью противоположные миры. Конкретно, миры с разными стрелами времени и разными знаками эволюции хаоса.
Это простая мысль, но следующий шаг менее тривиален. Я заселил эти миры не нынешними частицами, а некими идеальными электронами, не имеющими массы, их взаимодействие я задал уравнениями Максвелла.
Дело в том, что уравнения Максвелла общепризнанно считаются наиболее красивыми уравнениями нынешней физики. Да и сам Максвелл был чрезвычайно возвышенной натурой.
А масса нынешней физике навязана опытом и с точки зрения теории представляется чем-то чуждым. Вот я ее и выбросил.
Уравнения Максвелла имеют решения двух типов: запаздывающие (сигналы идут из прошлого) и опережающие (сигналы идут из будущего). Второй тип решение все в ужасе отбрасывают, но я, из уважения к Максвеллу, в двух мирах все решения объявил запаздывающими, а в двух других мирах, наоборот, ограничился только опережающими решениями. Я не стал помещать эти решения в один мир, ибо это ведет к хорошо известным парадоксам.
Есть и другая оппозиция, которой посвящено громадное множество работ. Классическая кинетика описывается уравнением Больцмана, которое многократно выводилось из классической механики. Но уравнение Ньютона не меняется при изменении знака времени, а в уравнении Больцмана степень хаоса всегда растет. Чтобы ликвидировать это противоречие, я предположил, что уравнение Ньютона описывает два типа частиц: одни помнят свое прошлое и не знают будущее, а другие, наоборот, не помнят прошлое, но знают будущее.
Этот ответ, т.е. истинная картина небесной физики, дается рядом последующих откровений. Это движение становится возможным из-за того, что физика единства миров, в отличие от нынешней физики, оказывается открытой, т.е. в ней можно указать опыты, результаты которых она не может рассчитать.
Эта неполнота ликвидируется в итоге дальнейших шагов, где
рассчитываются основные взаимодействия элементарных частиц,
физика выводится из динамики жизненных эмоций,
эта динамика выводится из динамики интуиций сознания,
динамика сознания выводится из образа Бога.
Здесь на каждом шагу мы имеем новые эффекты, вплоть до творения материи эмоциями, вплоть до прямой беседы с Богом и возвращения к Нему.
Если же ограничиться описанной выше физикой единства миров с уравнениями Максвелла, то обнаруживается возможность построения установки, которую я называю «прибором для возвращения к Богу» или «Корабль Абсолютного Полета». Этот прибор обнаружит, прежде всего, нарушения нынешней физики. С его помощью можно возвратиться к Богу, но для этого нужно знать карту предстоящего пути, нужно иметь механизмы движения в «море» динамики эмоций.
Наша культура и более ранние стадии эволюции живого возникли в итоге работы такого же прибора, а потому картина эволюции и история культуры могут многое сказать и о карте, и о механизмах.
Я еще не закончил эту работу и вижу ее как некое коллективное предприятие, а потому пишу эту книгу и приглашаю читателей принять участи в этой величайшей из революций.
Пока же осуществлен первый шаг – расчет процедуры экспериментального выхода за пределы нынешней физики.
 |